Тут хотелось бы один из трёх исходов: либо вор не притрагивается к моему велосипеду вообще (но тогда не исключается, что он притронется к чужому), либо он не притронется ни к одному из соседних (тут помогла бы какая-нибудь уж очень страшная сигнализация), либо не будет воровать велосипеды вообще нигде и никогда.
Ознакомившись немножко с внутренней кухней того, как у нас эти происшествия расследуют, как велосипеды возвращают и как воров наказывают, я понял, что шансы на последнее возможны только при жестоком ближневосточном подходе, когда нарушителю укорачивают тот орган, которым он произвёл преступление. Вору укорачивают рабочую руку, насильнику — чем насиловал, а за мыслепреступление укорачивают на голову. Минирование — тоже где-то из этой категории. То есть как бы и решает проблему для окружающих пользователей, но не лечит причину.
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
timeasmymeasure
no subject
Date: 2024-03-26 06:41 pm (UTC)Тут хотелось бы один из трёх исходов: либо вор не притрагивается к моему велосипеду вообще (но тогда не исключается, что он притронется к чужому), либо он не притронется ни к одному из соседних (тут помогла бы какая-нибудь уж очень страшная сигнализация), либо не будет воровать велосипеды вообще нигде и никогда.
Ознакомившись немножко с внутренней кухней того, как у нас эти происшествия расследуют, как велосипеды возвращают и как воров наказывают, я понял, что шансы на последнее возможны только при жестоком ближневосточном подходе, когда нарушителю укорачивают тот орган, которым он произвёл преступление. Вору укорачивают рабочую руку, насильнику — чем насиловал, а за мыслепреступление укорачивают на голову. Минирование — тоже где-то из этой категории. То есть как бы и решает проблему для окружающих пользователей, но не лечит причину.