о последней рубашке

[jayrandom]

— И это еще не все. Во времена Римской империи человек с маломальским достатком владел двумя пред­метами одежды. Во-первых, была длинная рубаха, кото­рую оборачивали вокруг тела; ты называл бы ее туникой или тогой. А во-вторых, был плащ — теплая верхняя одежда. В Палестине днем жарко, а ночью холодно, так что люди спали в обоих одеяниях, а днем ходили в одной рубахе. Ты следишь за моим рассказом?
— Да. Но почему у людей было так мало одежды? — удивленно спросил Пол.
— Не забывай, что дело было в оккупированной стра­не, — пояснил Джошуа. — Римляне обложили местных жителей огромными налогами. Кроме того, одежду делали вручную. Каждую ниточку выпрядали руками, каж­дый дюйм ткани изготавливали на простом ткацком станке. Одежда была невероятно дорогой, поэтому у большинства людей были только рубаха и плащ. Повто­ряю, в рубахе они ходили днем, а в плащ заворачивались ночью, спасаясь от холода.
— Ладно, я понял.
— А если бы ты был рабом или состоял у кого-то в кабале, то рабовладелец, скорее всего, утверждал бы свою власть над тобой одним простым способом. Он держал бы твой плащ у себя в дневное время, так что по вечерам ты вынужден был бы приходить к нему за плащом, чтобы спать в тепле.
— Этого я не знал.
— Почитай учебники по истории того времени. Там об этом говорится. Однако существовал еще один анти­эксплуатационный закон, запрещавший забирать у чело­века рубаху — его дневную одежду. Ведь без рубахи он остался бы голым. Нарушив это предписание, ты престу­пил бы законы благопристойности и общественного приличия. И, кроме того, это была бы «сверхэсплуатация трудового класса», подрывающая спокойствие в Им­перии. Представь себе, как отреагировали бы люди, если бы ты вышел на улицы Нью-Йорка, нашел какого-ни­будь спящего бездомного и отобрал бы у него всю одеж­ду! Люди бы возмутились до крайности — даже те, кому всегда было наплевать на бездомных. На место проис­шествия тут же примчались бы телевизионщики, и тебя ославили бы на всю страну как бессердечного ублюдка. Одним словом, все как один встали бы на защиту не­счастного бродяги. Представляешь?
— Еще бы.
— Ну так вот, представь себе, что я — римский граж­данин, живущий в стране, оккупированной римлянами. Я выхожу из дома и вижу, как ты работаешь на своем поле. Мне приходит в голову, что из тебя получится хо­роший раб для строительства моего нового дома. Все, что мне нужно, — пойти к местному чиновнику и взять у него законное постановление о том, что отныне тебе по­ложено работать на меня. В этом постановлении будет указано, что каждое утро ты должен будешь отдавать мне свой плащ на хранение, а вечером я должен буду его воз­вращать, чтобы тебе было в чем спать. Именно так и происходило изо дня в день в древних странах, оккупиро­ванных римлянами, — в частности, в Иудее времен Иису­са. А если ты не захочешь отдать мне плащ, оказав тем самым неповиновение, я буду иметь полное право бро­сить тебя в темницу или скормить львам.
— Фу, какая гадость, — проворчал Пол.
— Ну и как же ты поступишь?
— Не знаю.
Джошуа снова понизил голос и проговорил:
— «И кто захочет судиться с тобою и взять у тебя верхнюю одежду, отдай ему и рубашку» [Евангелие от Матфея, 5: 40. В русском синодальном переводе Библии «рубашка» и «верхняя одежда» поменялись местами].
— Это гениально! — воскликнул Пол. Рассказ Джо­шуа стал для него настоящим откровением. — Если я от­дам тебе и плащ, и рубашку, я останусь голым. Все поду­мают, что ты нарушил этот антиэксплуатационный за­кон. И очень может статься, что в тюрьму пойдешь ты, а не я.
— Верно. И если так начнут поступать многие, то рим­ское господство не устоит.
— Не удивительно, что римляне Его убили!

-- Том Хартманн, "Главная духовная тайна века".